Горячая линия бесплатной юридической помощи:
Москва и область:
Москва И МО:
+7(499) 653-60-72 (доб. 946, бесплатно)
Санкт-Петербург и область:
СПб и Лен.область:
Регионы (вся Россия, добавочный обязательно):
8 (800) 500-27-29 (доб. 565, бесплатно)
Рузевич а п дело о воровстве

Рузевич а п дело о воровстве

Рузевич а п дело о воровстве
СОДЕРЖАНИЕ
0

Угроза как конститутивный признак состава преступления против собственности

Понятие угрозы в уголовном праве относится к числу дискуссионных», что обусловлено рядом обстоятельств. Во-первых, в уголовном законе данный термин используется в разных значениях (деяние, способ, последствие и др.), однако ни в одном случае законодатель не раскрывает его сущности.

Во-вторых, в нормативных актах иной отраслевой принадлежности, в которых употребляется рассматриваемое понятие, его определение дается с учетом специфических целей соответствующего закона. Например, в ст. 3 Закона РФ от 5 марта 1992 г. № 2446-1 «О безопасности» под угрозой понимается совокупность условий и факторов, создающих опасность жизненно важным интересам личности, общества и государства . В ст.

2 Федерального закона от 14 апреля 1998 г. № 63-ФЗ «О мерах по защите экономических интересов Российской Федерации при осуществлении внешней торговли товарами» угроза определялась как «…очевидная неотвратимость причинения существенного ущерба…»4. Согласно постановлению Правительства РФ от 19 июля 2007 г.

В соответствии со ст. 179 ГК РФ угроза является одним из условий признания сделки недействительной. В этом случае она рассматривается как психическое воздействие на волю лица посредством заявлений о причинении ему или его близким какого-либо зла (физического или морального вреда), если оно не совершит сделку.

Таким образом, в нормативных правовых актах, как видим, угроза трактуется по-разному, ей придается значение: а) совокупности условий и факторов; б) очевидной неотвратимости причинения ущерба; в) психического воздействия на волю лица. Следует заметить, что указанными характеристиками в законодательстве не исчерпывается содержание данного понятия.

В-третьих, сказывается полисемантичность слова «угроза». Оно употребляется в двух значениях: 1) запугивание, обещание причинить кому-нибудь неприятность, зло; 2) возможная опасность . К тому же надо иметь в виду скептическое отношение некоторых ученых к грамматическому толкованию вообще и применительно к рассматриваемому случаю, в частности. Например, А. И.

Рузевич а п дело о воровстве

В-четвертых, в правовой литературе до конца не определена видовая принадлежность угрозы как уголовно-правового явления. Одни ученые счи-тают ее видом принуждения , другие — формой насилия , третьи — видом про- явления вовне преступного намерения , четвертые — способом психического воздействия на психику человека11.

Ни один из этих подходов нельзя признать ошибочным. Они, акцентируя внимание на каком-либо свойстве угрозы, в той или иной мере приближают к ее пониманию. Вместе с тем следует заметить, что нет никаких оснований отождествлять рассматриваемое понятие с принуждением и насилием.

Принуждение — это приневоливание, склонение к какому-либо нежела-тельному для человека поступку . В УК РФ данный термин используется в следующих значениях: сделать что-либо, отказаться от совершения чего-либо, воспрепятствовать осуществлению чего-либо.

И. 10. Бунева применительно к преступлениям против правосудия под принуждением понимает «совокупность используемых представителем власти недопустимых средств воздействия на участников процесса, ограничивающих свободу их поведения и вынуждающих совершать требуемые действия вопреки желанию под угрозой причинения вреда конкретным правам и интересам»13.

Нетрудно заметить подмену определяемого понятия: автор фактически говорит не о принуждении, а о применяемых в этом случае средствах.

Принуждение является процессом, в течение которого происходит ограничение свободы действий и волеизъявления человека путем применения к нему насилия или угрозы. Оно имеет временные границы: с реализацией цели у принуждающего отпадает надобность в принуждении, и оно сразу или вскоре прекращается.

Предлагаем ознакомиться:  Могут ли приставы списать деньги с кредитной карты сбербанка

Насилие предполагает «применение физической силы, принудительное воздействие на кого-, что-нибудь, притеснение»14.

Таким образом, рассматриваемые понятия отличаются друг от друга по ряду моментов: во-первых, насилие и угроза возможны вне целей принуждения; во-вторых, они могут быть в связи с прошлым, настоящим и будущим поведением потерпевшего; принуждение же всегда предполагает настоящее или будущее волеизъявление жертвы; в-третьих, насилие и угроза могут выступать как способом осуществления принуждения, так и способом совершения преступления.

В юридической литературе нет единой точки зрения и относительно содержания угрозы, более того, ученые даже называют его по-разному. Например, Р. А. Левертова говорит о ее структурном составе, выделяя основные и факультативные элементы, причем основным из них предлагает считать устрашение потерпевшего15.

В. П. Петрунев подразделяет элементы угрозы на постоянный и переменные; сообщение о ней относит к первому; а ее опасность и вредные последствия — ко вторым16.

Н. В. Стерехов исследует содержание угрозы, понимая под ним ин-формацию (сведения) о намерении причинить вред другому лицу .

В литературе по истории права подчеркивается, что уже в первых правовых памятниках угроза выступала в двух значениях: в качестве деяния и способа совершения преступления, в том числе против собственности46. Так, в первом значении оно употребляется, например, в ст. 9 Краткой редакции «Русской правды», предусматривавшей ответственность за угрозу обнаженным мечом без его применения («Оже ли кто вынезь мечь, а не тнеть, то тьи гривну положить»).

Эта же норма содержалась в ст. 24 Пространной редакции «Русской правды» («Аже ли вынез меч, а не утнеть, то гривна кун») .

Угроза как способ совершения преступления против собственности, на взгляд автора, впервые встречается в ст. 1 Псковской судной грамоты, предусматривавшей ответственность за разбой, нападение («наход»), грабеж, которые могли сопровождаться угрозой убийством49.

Ф. Б. Гребенкин полагает, что в этом акте говорится и о вымогательстве имущества «в виде одежды или коня волостелем — должностным лицом, осуществляющим в волости административную, финансовую и судебную функции. Требуя передачи ему имущества, он должен был оказывать на потерпевших и психическое воздействие»50.

Вряд ли можно согласиться с такой интерпретацией положений Псковской судной грамоты. По мнению диссертанта, в этом случае речь идет об одной из первых попыток законодателя создать норму о вымогательстве взятки, поскольку упоминается должностное лицо.

Предлагаем ознакомиться:  Закрытие уголовного дела по сроку давности

В Соборном уложении 1649 г. предусматривалась ответственность за угрозы убийством («а будет кто… учнет похвалятца на кого смертным убивством» — ст. 133), уничтожением имущества путем поджога или причинением иного имущественного вреда («а будет кто на кого похвалится каким лихим делом, что он хочет дом его, или гумно с хлебом зжечь, или иной какой убыток учинити» — ст. 202)51.

В проект Уголовного уложения 1767 г. предлагалось включить положения об «угрозах словами, писмами против одного или против общества». Оно не вступило в силу, однако его основные положения вошли в т. XV Свода законов Российской империи, являвшегося основным источником уголовного права в первой половине XIX в.

В уголовно-правовых нормах Свода законов Российской империи угроза использовалась исключительно в качестве способа совершения преступления. Пожалуй, с этого времени можно вести отсчет времени о начале системного и последовательного становления уголовно-правового статуса рассматриваемого признака в преступлениях против собственности. Угроза выступала конститутивной характеристикой разбоя (ст. 679), «воровства-грабежа» (ст. 726), вымогательства (ст. 310) .

В законодательстве XIX в. расширился и перечень видов угрозы. Различались обиды словами (ст. 369), письмом (ст. 370) и действием (ст. 371). В первых двух случаях угроза могла относиться к угрожаемому лицу («угрозы личные») или к его имуществу («имению»), а сущность обиды действием заключалась в угрозе потерпевшему «рукой или ногой или орудием»53.

Уголовно-правовое регулирование угрозы и ответственности за нее получило дальнейшее развитие в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. Во-первых, увеличилось количество составов преступлений, в которых она фигурировала в качестве способа совершения преступления (например, в преступлениях и проступках против «веры и о нарушении ограждающих оную постановлений» — ст.

Во-вторых, отдельно были выделены посягательства против «собственности частных лиц», совершаемых путем угрозы (ст. 1627, 1637, 1641-1643) .

В-третьих, наиболее распространенные виды уголовно наказуемых угроз были объединены в специальной главе5 , что может свидетельствовать о совершенствовании законодательной техники, стремлении законодателя закрепить их в одной главе в целях облегчения применения уголовного закона.

В-четвертых, Уложение признавало наказуемыми лишь угрозы физическим насилием (лишением жизни, поджогом, иными насильственными действиями), подразделяя их: 1) на угрозы, имевшие целью принудить угрожаемого к совершению какого-либо преступления; 2) угрозы, соединенные с требованием денег или вещей, либо совершаемые с целью принудить жертву к принятию на себя каких-либо невыгодных обязательств.

В-пятых, вряд ли можно согласиться с утверждением о том, что «угрозы, кроме значения своего, как способа совершения преступных деяний, являются в уголовном праве еще и самостоятельным преступлением»57. По мнению диссертанта, угрозы в указанных случаях выступали исключительно в качестве способа совершения преступных деяний.

Предлагаем ознакомиться:  Подводные камни квартир по наследству и что следует знать при их покупке

В-шестых, Уложением предусматривалась ответственность за угрозы убийством, поджогом, совершением насильственных действий, «когда к тому было присоединено требование выдать или положить в назначаемое для того место сумму денег, или вещь, или письменный акт, или что-либо иное, или же принять на себя какие-либо невыгодные обязательства, или отказаться от какого-либо законного права».

Указанные деяния характеризуются корыстной целью, их основным объектом выступали имущественные права человека, поэтому нормы о них логичнее было видеть в разд. XII Уложения «О преступлениях и проступках против собственности частных лиц». Угрозы в этих преступлениях, по сути, играют роль способа совершения деяний58.

Криминологическое исследование насильственных преступлений против собственности граждан и проблемы их предупреждения органами внутренних дел (Теория и практика) Солодовников Сергей Александрович

Преступления против собственности по уголовному законодательству России (историко-теоретическое исследование) Елисеев Сергей Александрович

Угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью как преступление против личности : Уголовно-правовой и криминологический аспектыАбсатаров Халиль Хамидуллович

Неправомерное завладение автомобилем или иным транспортным средством как преступление против собственностиЩербаков Алексей Алексеевич

Преступления против собственности: влияние гражданско-правового регулирования Хабаров Александр Владимирович

Злоупотребление доверием как признак преступлений против собственности (Уголовно-правовые и криминологические аспекты) Михайлов Константин Владимирович

Уголовно-правовые и криминологические аспекты корыстно-насильственных преступлений против собственности : По материалам Республики АдыгеяСпесивцева Галина Павловна

Корыстно-насильственные преступления против собственности Никитин Евгений Владимирович

Криминологическая и правовая обоснованность составов ненасильственных преступлений против собственности Плохова Валентина Ивановна

Криминологический анализ и предупреждение преступлений против собственности, совершаемых на почве наркомании Казаченко Олег Николаевич

[править]Ход событий согласно материалам дела

Уголовное дело против Абрамовича было возбуждено 9 июля 1992 года следственным управлением ГУВД г. Москвы. Его обвинили в хищении цистерн с дизельным топливом с Ухтинского нефтеперерабатывающего завода на сумму почти 4 млн рублей. Хищение было совершено фирмой Абрамовича под названием «АВК», которая получила топливо по подложным документам.

Соучастниками преступления были гражданин Новожилов из Ухты, директор фирмы «Авекс-Коми» Рогачев и заместитель начальника отдела снабжения Ухтинского НПЗ Никитенко. Составленный ими фиктивный договор содержал следующие сведения: НПЗ поставляет фирме «Авекс-Коми» 5 000[неопределённость] тонн дизельного топлива, которое затем перевозится на железнодорожную станцию «Подмосковная».

Там цистернами завладели начальник станции «Подмосковная» Аветиков и Абрамович. Стоимость 55 цистерн с дизельным топливом составляла 3799388 рублей. Затем были изготовлены подложные документы о доставке топлива в войсковую часть в Калининградской области. Однако цистерны туда не попали, а были переправлены в Ригу, где топливо было продано. Мошенники поделили прибыль.

На допросе Абрамович сознался в преступлении и вызвался возместить ущерб: «Хочу добавить, что я как директор предприятия „АВК“ готов возместить ущерб, причиненный моим МП, государству».

Однако вскоре Абрамович был каким-то образом спасен.

Комментировать
0
Комментариев нет, будьте первым кто его оставит

Это интересно
Adblock detector